Байковник

***
Когда сознанье сузится
До ниточки вперёд –
Пройдёт по телу музыка
И человек умрёт.

Но человек останется
Просунутым во тьму,
Где пустота под пальцами
Шевелится к нему.

Тогда с ладоней линии
Сойдут на раз, два, три...
И человечек глиняный
Рассыплется внутри.


***
Десять заповедей в коме,
Тускло лампочка горит.
Человек в прошедшем доме
Что-то искоса мудрит.

Выдвигаясь из размеров
Воздух крошится в ночи.
За чертой небесной сферы
Человек ползком молчит.

Лишь внутри себя встречая
Слаборазвитый рассвет,
Он злословит в чашку чая
На бесследном склоне лет.


***
Она в меня подумала,
Что станет мне женой.
И грянули под куполом
Оркестры в мир иной.

И высыпались правила
Шипами на паркет,
А я сидел и вздрагивал
На каждом бугорке.

Сгорает сумрак заживо,
Спрессованный в тупик.
Всё сделанное кажется
Вчерашним напрямик.


***
Никому не враг, не друг,
Изнутри подпиленный,
Человек с лицом вокруг
Обнажил извилины.

Округляясь до нуля
В бесконечность выстрела,
Из лица глаза скулят
Без пяти – осмысленно...

Жизнь по скошенной траве
В небо перечёркнута –
Завалился белый свет
За подкладку чёрного.


осторожно двери закрываются
следующая остановка «остановка сердца»

жить ещё осталось долго
мне внутри за кадром
разлагаться с чувством долга
покрываться матом

говорить вокруг без кожи
ошибаться в стены
заниматься кто чем может
по спине со сцены

укрощать свой мёртвый шарик
спотыкаться в женщин
раздуваться чтоб не сжали
от морщин до трещин

жить с нулём посередине
напиваться в угол
биться сердцем в паутине
с варикозным звуком

принимать на грудь огранку
вешаться икая...
видно слепнуть наизнанку
мне судьба такая


***
под корень говорю через века
на горе-русской (без креста) латыни
вожу губами по ушам пустыни
язык свой проглотив издалека

с чужой посмертной маской на лице
я принимаю на себя удары
сердечных слов из книг небесной кары
с крюками твёрдых знаков на конце

протаптывая смену поколений
я делаю из воздуха шаги
через себя отбрасывая тени

и видит Бог за пазухой итога
я разойдусь на все свои круги
от камушка в ботинке по дорогам


***
желудок мой пятнистый как гиена
сознательно копытами стучит
когда насквозь в него стартует спирт
чтоб финишировать огнём по венам

он разговаривает тьму вселенной
к большому взрыву исчезая мир
и язва прокажённая на пир
в экстазе бьёт поклоны лбом об стену

желудок мой светает под забором
и ангелы налившись кровью хором
крылами перечёркивают тьму

растянутый в улыбке до упора
он принимает буквы приговора
в огонь переварив свою тюрьму


***
в анатомическом театре кукол
идёт спектакль умалишённый пьесы
без зрителей без действия без звука
без скальпеля расходятся разрезы
по сцене тела главного героя
из рекламационного покоя
растяжки-ниточки вибрируют на нет
в конце туннеля аплодирующий свет


ГРИМАСКА БАЙ-ГО-ФУ

Когда Минувшее столкнулось
Лоб в лоб, с просроченным Грядущим –
Над человеком кровь сгустилась.
И человек влетев случайно
В остановившееся время
Моргает головой просторной.
(В кастрюле хруст его извилин).

Он вспоминает из кармана,
Как сидя в бой на унитазе,
До нитки проигравшись в прятки
И рассыпаясь на квадраты –
Он выключил себя снаружи,
Потом задул свечу внутри.

Теперь на все замки открытый,
Став человеком из огрызков,
Он лежа правит бал на сцене,
Играя первую похлёбку
В анатомическом театре.
Его душа бежит по трубам
Рыгая на ходу подмёткой,
Ручей членораздельной речи
Стекает на пол из затылка.

Над ним патологоанатом
Склонился с хохотом печальным,
Разглядывая по спирали
Бесценную работу смерти.
Вокруг отвисли чьи-то лица,
Глазами собираясь в точку,
Вникая с разворота в тему:
Причина смерти человека.

За окнами осенний вечер.
Потусторонний город…
                                Вечность…
Спросонья сумеречной пеной,
Покрылся воздух изнутри.

А где-то рядом во Вселенной,   
Под сводом внеземной зари,
На основании ребёнка,
Забыв размерами про стыд,
Мечтают двое перепонкой,
Подробно воя на кусты.


БОЛИТВЫ БАЙ-ГО-ФУ

                1
На меня напала туча.
Ну, не туча пусть, вода.
А вода хоть и трескуча,
Но не треснет никогда!

Пароход мой под парами –
Выдох, вдох, пустой гудок.
Деньги пахнут комарами
Улетающими в долг.

                2
Бесконечная вода
Вытекает после смерти
Из лежащего туда
В ненадписанном конверте.

Отрываются шаги
От земли в открытый воздух –
Ты беги, беги, беги
Через край, пока не поздно.

                3
Не найдя в исподнем счастья,
Встав плашмя из-под земли –
Буду я здоров на части,
Без покойницкой сопли.

А когда меня накормят
Этой жизнью на века –
Буду я в разумной форме
Разлагаться свысока.

                  4
Угольки по уголкам
Тлеют нищему на память:
Дом, сгоревший в Божий храм,
Не вернуть и не оставить.

Всё рассчитано дотла.
Зимний лес под сердцем кружит.
Жизнь за шиворот прошла,
Заключённая снаружи. 

                5
Никуда и ниоткуда,
От вращенья натощак,
Бьётся заживо посуда
С содержимым сообща.

И глядят потом осколки
Преломляя Божий свет,
Как проходит век недолгий
Человеческих котлет.

                  6
                                           Алёне Бабанской

Под уздцы схожу с ума,
Кем – неведомо – ведомый
Сквозь лекарственный туман,
Обнуляющий изломы.

Раздвигая на ходу
Свет руками, с мёртвой точки
Я кого-то вниз веду,
Головой в себя просрочен.

                  7
Где-то кровью, где-то потом,
Где-то желчью со слезой,
Протекала в стол работа  
Человека над собой.

Океаны в каплях влаги,
Отпущение трудов…
Слиплись буквы на бумаге
В нечто чёрное без слов. 

                  8
Сердце бьётся в пустоту,
Бьётся с кукольною скукой –
Сокращённый с корнем стук...
И в ответ ему ни звука.

Как вести себя туда,
Где в лицо попутный ветер,
Где на солнечный удар
Рассыпаешься в ответе?..

                  9
То ли воздух дал осечку,
То ли свет покинул грудь.
День, как утро, ночь, как вечер –
Не проснуться, не заснуть.

Время на бок покосилось,
Дождь со снегом за окном.
Как безвременно красиво
Слился с кладбищем мой дом.

                 10
Я числом иду войной
За пределы суммы тела
Против стрелки часовой,
Чтобы кровь не зачерствела.

Лики кончено святых
Удивлённо смотрят: кто там
К ним причисленный под дых,
С циферблатом бьётся током.


***
У живого за хвост человека
Скособочено время внутри:
Из пустого кармана – с разбега,
Он глядит сразу нá две зари.

А в прокуренном сердце иголка
Отдаётся ногами вперёд.
Время тянется быстро. Как долго
Жить осталось в искусственный лёд?

Над землёй разрастаются солнца –
Сыном, Духом Святым и Отцом,
Где на множество маленьких порций
Нарезается время свинцом.  


***
Висит отточенное – небо слышится.
Сидит откормленное – руки падают.
Стоит открытое…
Ничто не движется в метро каменных лиц.

Кричат закрытые рты – их нет.
В глазах гнездятся птицы –
                                  не становись в очередь.
Неслышим-Невидим встал:
«Тсс-ссс… Остановка Серых Мышей!…».


***
Подстаканник серебром лица
Уткнулся в тощий пол…
Открылись трещинки-глаза,
Разбит стеклянный лоб.
И темный чай, урча,
Разлился по полу,
Встречая
Пыль, шершавый язычок кота
И фырканье в усы…

Ушел. Уже, наверное, девятый час.


...смена белья...

ни отца ни матери
на плечах семья
за спиной приятели
мелочью звенят
жизнь меня расставила
по своим местам
выбитые правила
снятие с креста
нарисует засветло
затемно сотрёт
держит слово за слово
задом наперёд
«пронеси нас Господи
грешных мимо рта
возведи нас Господи
на небо в квадрат
проведи нас Господи
по своей груди
просвети нас Господи
с нашего пути»
прикусила молодость
саблезубый рот
то шприцом то молотом
колет в сердце лёд
жизнь через развалины
привела к реке –
из ума представленный
путь мой налегке
по воде как посуху
заново как встарь
за глаза без воздуха
сломанные вдаль


***
выбившись из тела
утром не спеша
в небо улетела
по камням душа

патокой стеклянной
передёрнут взгляд
сердце будто спьяну
вырвано назад
 
люди умирают
позади себя
а вокруг по краю
тени их сидят


***
Настроенье мое чудесное,
В ухе заснула блоха.
Обои рваные, тесные,
В подушку набита труха.

И за нос меня гномы дёргают…
Зачем, всё же, я живу:
Чтоб шкаф двигать в бездну черную
И в этом лежать шкафу?


***
Один написал хокку,
Другой ответил ему хайку –
Басё в гробу перевернулся дважды.


***
Буду по уши смешон.
Не спеша, по стопочке,
Выльюсь в люди на снежок...

Девочка без пробочки
Пошатнулась между глаз,
Погрозив мне рюмочкой...

Свет зажёгся и погас
У неё под юбочкой.


НЕБЕСАХАР 
(брустверлибр)

Браки заключаются на небесах,
где связи, чем тоньше, тем прочнее.
В причинно-следственном изоляторе,
сквозь зеркальные стены райских кущ,
суженные на цыпочках подбираются друг к другу
по лезвию бритвы Оккама.


***
Смеркалось. Мысли лезли к потолку.
Вращался обруч кровеносного пейзажа.
На свежем мертвеце играла в карты стража,
Накладывая скуку на тоску.

Кто застрелил Байкова под шумок,
А после в рану вполз и притворился пулей?
Под милицейскими задами выли стулья,
А тело мысленно просилось в морг.

Душа качалась на своих ветвях,
Убийца корчил рожи ей, дыша чуть слышно.
На ломберном столе лежал Байков остывший,
Герой сюжета в криминальных новостях.


Стихимия для детей

***
Сидит голодный зайчик
И грустно смотрит, как
Растет морковка долго
На грядке в огороде.
Проходят дни, что значит
Течет Времен река…
А тут еще тень волка
Неподалеку бродит.

***
Подводная лодка плывет под водой,
Глядит в перископ командир молодой:
На флаге кораблика вражеский смайлик –
Торпеда ушла… До свиданья, кораблик!

***
В небесах фонарик светит,
Так, что звезды не видны.
Каждый может на ракете,
Дотянуться до Луны!

***
Улетели на ракете
И девчонки, и мальчишки –
Любознательные дети,
Открывать про космос книжки!

***
Самолеты летают быстро,
Но ракеты – еще быстрее.
На экране локатора тлеет
Цель. Захвачена в точку. Выстрел!

***
Над горами в облаках,
Самолётик наш – ба-бах!
Как ба-бах, зачем ба-бах –
Как принцесса на бобах!